Шесть Кубков европейских чемпионов, три Кубка УЕФА и статус континентального гранда с легендарными ночами на переполненном «Энфилде» — сегодня кажется, что «Ливерпуль» правил футбольной Европой всегда. За плечами мерсисайдцев стамбульское чудо 2005 года, громовой рев трибун против «Сент-Этьена» и трагедия «Эйзеля».
Но любая великая империя начиналась с робкого первого шага. Для «красных» эта дорога в неизвестность открылась летом 1964 года. Британию захлестнула битломания: кинотеатры сотрясались от премьеры ленты A Hard Day’s Night, а возвращение «ливерпульской четверки» в родной город обернулось столпотворением в 150 000 человек, где три сотни фанатов получили травмы в давке. Ливерпуль превратился в культурный эпицентр Великобритании, затмив Лондон.
Музыкальный бум совпал с футбольной революцией. Билл Шенкли вытащил клуб из трясины Второго дивизиона в 1962 году, а спустя всего два сезона привел мерсисайдцев к первому с 1947 года титулу чемпионов Англии. Главной ударной силой той машины стало трио Роджера Ханта, Иана Сент-Джона и Альфа Эрроусмита, наколотившее на троих фантастические 92 мяча за сезон. Наградой за золото стал дебютный билет в элитный Кубок европейских чемпионов — турнир, где тогда играли исключительно чемпионы своих стран по жесткой олимпийской системе на выбывание, без посева и групповых этапов.
Пока «Манчестер Юнайтед», «Вулверхэмптон», «Хиберниан» и «Данди» открывали для себя Барселону, Мадрид и Милан, «Ливерпуль» годами месил грязь на периферии — в Сканторпе, Плимуте и Ротереме. Теперь вчерашним провинциалам предстояло выйти на одну сцену с мадридским «Реалом», «Бенфикой» и действующим обладателем трофея — миланским «Интером».
Турне по лагерям и «эскимосы» в Рейкьявике
Слепой жребий предварительного раунда миловал дебютантов от ранней встречи с грандами калибра «Реала», отправив мерсисайдцев в экзотическую Исландию к клубу «КР Рейкьявик». Островитяне сами впервые ступили на европейскую арену, а для британцев логистика превратилась в суровое испытание. Прямых рейсов не существовало: команда ехала из Ливерпуля в Манчестер, летела в Лондон, оттуда в шотландский Прествик и лишь затем — в Рейкьявик.
Несколько преданных мерсисайдских болельщиков проделали этот маршрут за свои деньги — для большинства это был первый в жизни выезд за пределы Англии. Фанаты позже со смехом вспоминали свои наивные предрассудки: перед поездкой многие всерьез ожидали увидеть эскимосов в чумах, а встретили открытых местных парней, невероятно похожих по духу на скаузеров.
Шотландский этап маршрута проходил через графство Эйршир — родину Билла Шенкли. Тренер не удержался от соблазна похвастаться родными краями, арендовал автобус и повез всю команду на экскурсию... в курортный лагерь Butlin’s. Когда гордый Шенкли объявил директору лагеря, что перед ним чемпион Англии «Ливерпуль» по пути в Исландию, опешивший служащий вежливо ответил: «Кажется, сэр, вы свернули не на ту дорогу».
17 августа 1964 года «Ливерпуль» в присутствии 10 000 зрителей впервые в истории ступил на газон еврокубков. Стартовая нервозность давала о себе знать: к перерыву англичане вели всего 1:0. Но во втором тайме класс и физика взяли свое — дубль Гордона Уоллеса и точные удары Ханта оформили разгром 5:0. Месяц спустя исландцев ждал ответный кошмар на «Энфилде» (6:1 с дублем Сент-Джона) и вылет из турнира.
Рождение красного культа и хитрости Шенкли
В 1/8 финала жребий приготовил проверку на прочность — грозный «Андерлехт». Бельгийский чемпион той эпохи был машиной мирового уровня (клуб оформит пять национальных титулов подряд, установив рекорд страны). За команду блистал легендарный бомбардир Поль Ван Химст, забивший 233 гола за 16 лет в клубе. Сила брюссельцев была такова, что в матче сборных Бельгии и Нидерландов 1964 года десять игроков стартового состава представляли «Андерлехт», а единственный чужак — вратарь «Стандарда» Ги Дельхас — по ходу встречи был заменен на запасного кипера брюссельцев Жана-Мари Траппенье.
Шенкли осознавал колоссальную опасность соперника и пошел на исторический ребрендинг. Традиционно «Ливерпуль» выступал в красных футболках и белых трусах. Тренер решил, что полностью красный комплект сделает силуэты футболистов визуально массивнее, шире и внушит первобытный ужас оппонентам. Так на свет появилась культовая форма, ставшая визитной карточкой клуба на десятилетия. Для нейтрализации Ван Химста Шенкли отрядил цепкого молодого защитника Томми Смита.
Перед выходом на переполненный «Энфилд» 25 ноября наставник применил тонкий психологический трюк, напутствовав игроков:
Так, парни. Обыгрывать тут некого, они просто кучка мусора.
Мерсисайдцы буквально смели бельгийцев со счетом 3:0 усилиями Сент-Джона, Ханта и Рона Йейтса. Едва закрылась дверь раздевалки после финального свистка, Шенкли с невозмутимым лицом выдал совершенно иную тираду:
Поздравляю вас, парни. Вы только что растоптали одну из сильнейших команд Европы.
Победа 1:0 в Брюсселе вывела англичан в четвертьфинал с четырьмя победами в четырех встречах.
Драма в Роттердаме: монета, застрявшая в грязи
В четвертьфинале «красным» достался «Кельн» — победитель первого в истории сезона немецкой Бундеслиги 1963 года. Битва превратилась в позиционную войну: 0:0 в Германии, 0:0 на берегах Мерси. 180 минут сухого футбола требовали переигровки на нейтральном поле в Роттердаме на арене «Де Кёйп».
25 марта 1965 года команды устроили триллер. Сент-Джон и Хант обеспечили англичанам комфортные 2:0 к 37-й минуте, но точные удары Карла-Хайнца Тилена и Ханнеса Лёра вернули паритет — 2:2. Дополнительное время победителя не выявило, а серии послематчевых пенальти тогда еще не существовало.
Судьбу полуфинала главного турнира континента решал банальный жребий — бросок монеты прямо в центральном круге в прямом эфире перед 48 000 зрителей.
Капитан мерсисайдцев Рон Йейтс подошел к судье и мгновенно выкрикнул: «Решка!». Арбитр утвердил: «Ливерпуль» — решка, «Кельн» — орел. Судья подбросил монету, и стадион замер. Упав на раскисший газон, монета не легла ни на одну из сторон — она вертикально вонзилась ребром в кусок выбитого дерна!
Оба капитана буквально упали на колени и принялись дуть на нее: немецкий лидер Ханс Штурм пытался сдуть ее на орла, а великан Йейтс — на решку. Немец оказался более выносливым, и монета начала медленно заваливаться на «орла». Йейтс мгновенно среагировал: «Рефери, бросок не засчитан, нужно перебрасывать!». Судья согласился. Монета взмыла в воздух во второй раз — и на этот раз чистая решка отправила «Ливерпуль» в полуфинал. Шенкли подошел к скамейке немцев со словами сочувствия, признав, что решать судьбу такой титанической дуэли подобным образом — чистое безумие.
«Ночь из ночей» и миланская вендетта
В полуфинале мерсисайдцев ждал действующий клубный чемпион Европы — «Гранде Интер» под предводительством Эленио Эрреры. Итальянцы только что разгромили «Милан» со счетом 5:2, возвели катеначчо с позицией чистильщика (либеро) в ранг абсолютного тактического искусства, а их состав пестрел звездами первой величины: Джачинто Факкетти, Армандо Пикки, Луис Суарес, Сандро Маццола.
За три дня до домашней битвы «Ливерпуль» провел изнурительный финал Кубка Англии на тяжелом газоне «Уэмбли», вырвав победу 2:1 у «Лидса» в овертайме и впервые в истории завоевав трофей. После бурных празднований в городе с четвертью миллиона фанатов обессиленная команда вышла против свежих итальянцев.
Шенкли вновь пустил в ход психологическое давление: за несколько минут до стартового свистка он приказал пронести только что завоеванный кубок вокруг поля. «Энфилд» взревел так, что трибуны буквально заходили ходуном. Иан Сент-Джон позже назвал ту битву «ночью из ночей».
Уже на третьей минуте Хант вонзил мяч в сетку после прострела Каллагана. Маццола быстро восстановил равновесие, но затем на поле царствовал лишь «Ливерпуль». Роскошный розыгрыш штрафного позволил Каллагану сделать счет 2:1, а во втором тайме Сент-Джон добил миланцев — 3:1. Королям катеначчо предстояло отыгрывать два мяча на родном «Сан-Сиро».
Черный вечер на «Сан-Сиро»: ярость Йейтса
Перед ответным визитом итальянская пресса неприкрыто угрожала англичанам заголовками: «Вам никогда не позволят победить». Психологическая атака стартовала у базы на озере Комо: звон церковных колоколов и хоровое пение местных жителей лишили гостей сна.
А 12 мая на 76-тысячном «Сан-Сиро» развернулся судейский фарс под управлением испанского арбитра Хосе Марии Ортиса де Мендибиля. Уже на восьмой минуте судья назначил опасный штрафной в ворота гостей, жестом показав свободный удар. Отмеряя десять ярдов для стенки мерсисайдцев, испанец делал гигантские карикатурные шаги, отодвинув британцев почти на двадцать метров от точки. Марио Корсо пробил напрямую в сетку — и рефери без колебаний указал на центр.
Спустя две минуты грянул второй скандал. Голкипер мерсисайдцев Томми Лоуренс забрал мяч в руки и слегка ударил его о газон перед выносом. В этот момент форвард хозяев Хоакин Пейро выскочил из-за спины вратаря, выбил отскочивший мяч из-под перчаток и закатил в пустые ворота. Гол, нарушавший базовые нормы правил о блокировке голкипера и положении вне игры, был хладнокровно засчитан. Задел англичан растаял за десять минут.
После перерыва Факкетти забил третий мяч, а чистый гол Сент-Джона судья отменил без объяснения причин — 0:3. Финальным аккордом драмы стал разъяренный капитан Рон Йейтс, который гнался за судьей до самого тоннеля, осыпая его ругательствами и отвешивая пинки по щиколоткам.
Тень того полуфинала преследовала европейский футбол годами. Секретарь «Интера» Итало Аллоди позже фигурировал в расследованиях договорных матчей, а его доверенное лицо Дежё Шольти в 1966 году открыто обвинялся судьями в попытках подкупа (предлагались суммы, эквивалентные пяти автомобилям «Мерседес»). Впоследствии УЕФА официально признал Шольти виновным в серии взяток арбитрам середины 1960-х годов.
Поход 1964/65 годов оборвался на грани трагедии и обмана, но именно он заложил фундамент непобедимого еврокубкового характера «Ливерпуля». Команда непрерывно играла в Европе следующие двадцать сезонов, усвоив жестокие закулисные уроки континентального футбола и вернувшись на вершину уже при Бобе Пейсли и Джо Фэгане.
