Галерея британских футбольных кумиров, не расстававшихся со стаканом, столь же необъятна, как некогда легендарный домашний бар Пола Мерсона. Но чтобы понять природу этого разрушительного пламени, нужно вернуться к истокам.
Был момент, когда мир искренне поверил: футбол может обрести черты рок-звезды. Не лицо изможденного рабочего, не суровый силуэт таранного форварда, месившего грязь под проливным дождем, а облик длинноволосого бунтаря с дерзким взглядом и дриблингом столь воздушным, будто мяч существовал на траве исключительно ради танца.
Его звали Джордж Бест.
Его прозвали «пятым битлом»: стоило ему появиться на улице, как девушки срывали голос в истошных криках, а мужчины делали вид, будто дело по-прежнему исключительно в футболе. Но это было не так. В истории Беста футбол никогда не был единственным смыслом. Джордж стал первым игроком, чей портрет вешали на стену в спальне как плакат поп-идола, и первым, кто превратил зеленую поляну в концертные подмостки.
Почему бывший вингер «Манчестер Юнайтед» до сих пор признается непревзойденным королем среди главных британских смутьянов и почему фигуры такого калибра больше никогда не будет? Джордж Бест сочетал в себе прототип современной мировой знаменитости и трагический архетип гибнущего гения. Он сводил трибуны с ума, грелся в ослепительном сиянии прожекторов и в объятиях первых красавиц планеты. Но чем ярче полыхал этот блеск, тем стремительнее становилось падение.
Агония на глазах у нации
Начнем с самого финала, когда измученный организм бунтаря капитулировал. Джордж Бест скончался 25 ноября 2005 года после мучительных лет борьбы с тяжелым алкоголизмом. Свои последние дни он провел в лондонской больнице Кромвеля. За пять лет до трагического исхода, в 2000 году, футболист пережил трансплантацию печени и клиническую смерть. Причина была очевидна каждому — десятилетия беспощадного запоя.
Его бывшая супруга Энджи Макдональд Джейнс сквозь рыдания бросила горькие слова:
Моего мужа убили чужие люди. Каждый встречный мечтал выпить со знаменитым Джорджем Бестом — в каждом баре ему силой совали бокал в руку.
Близкие товарищи отчаянно пытались оградить его от спиртного, но вокруг всегда находились те, для кого разделить рюмку с «пятым битлом» считалось вопросом престижа. Это была публичная смерть: репортеры таблоидов смаковали каждый срыв легенды «Манчестер Юнайтед». «Бести» превратился в рассыпающийся на части памятник самому себе. Он жил под прицелом фотокамер и умирал точно так же — пресса ловила каждый предсмертный хрип у больничной койки.
За пять суток до кончины издание News of the World опубликовало пронзительный снимок немощного, угасающего Джорджа с леденящим заголовком:
Не умирайте, как я.
Смертельный сценарий, по которому позже покатилась жизнь Пола Гаскойна, был запущен именно тогда. Хоронили Беста в родном Белфасте: проводить кумира в последний путь вышло свыше 100 000 человек. На стенах североирландской столицы до сих пор красуются фрески с емкой игрой слов:
Марадона — хороший, Пеле — лучше, Джордж — Бест.
Двадцать минут воздержания и бутики на улицах
Джордж забивал шедевры, но чем виртуознее становились его голы, тем глубже он погружался на дно стакана. Трещины пошли в конце 1960-х, когда североирландец открыл два ночных клуба. Заведения мгновенно превратились в его главную страсть: там в изобилии лился бесплатный алкоголь и кружили поклонницы. Бизнес приносил солидный доход — город выстраивался в очереди, чтобы перекинуться словом с живой легендой. Руководство «Манчестер Юнайтед» бесчисленное количество раз устраивало облавы на загулявшего форварда, но Бест с дьявольской ловкостью ускользал через черные ходы и продолжал веселье.
Сам Джордж обезоруживал публику самоиронией:
В 1969 году я завязал с женщинами и выпивкой. Это были худшие 20 минут в моей жизни.
Он балансировал на краю пропасти, упиваясь разгульной жизнью и одновременно терзаясь чувством растраченного таланта. В манере гитариста The Rolling Stones Кита Ричардса он играл ва-банк:
Судьба подарила мне уникальный дар, весь мир лежал у моих ног. А потом не осталось ничего: ни жены, ни дома, ни денег, ни самоуважения… да и печени почти не осталось.
Он рассуждал о смерти с хитрым прищуром старого дворового кота, убежденного, что в запасе припрятано еще несколько жизней. У Беста была лишь одна, но на поле он двигался с кошачьей грацией, повторить которую не удавалось никому. Модный гардероб, собственный магазин одежды, рекламные контракты, роскошные спорткары, дерзкая стрижка задолго до того, как это стало трендом среди спортсменов — женщины сходили по нему с ума, мужчины отчаянно завидовали. Он короновал себя как принц Манчестера.
Но мыльный пузырь лопнул. После 1968 года игровой спад усугублялся пьяными выходками. В сезоне-1973/74 руководство «Манчестер Юнайтед» указало 27-летнему гению на дверь. Великая карьера фактически завершилась: скитания по скромным английским коллективам и вояж в США напоминали лишь бледную тень былого величия. А выпивка не прекращалась ни на день.
Рождение легенды: от руин Мюнхена до вершины Европы
Начало пути не предвещало печального финала. Джордж родился 22 мая 1946 года в Белфасте. В 11 лет мальчишка сдал сложнейшие экзамены в престижную среднюю школу Гросвенор, где культивировали регби. Но овальный мяч наводил на него скуку: парень страшно тосковал по дворовым приятелям и классическому футболу. Бросив элитное заведение, он перевелся в простую школу Лиснашарраг.
В детском клубе «Крега Бойз» прогресс юноши потряс специалистов. Селекционер «Манчестер Юнайтед» Боб Бишоп отправил в клуб историческую телеграмму:
Кажется, я нашел вам гения.
Пока «Манчестер Юнайтед» мучительно возрождался из пепла после страшной мюнхенской авиакатастрофы, новое поколение вдохнуло в команду жизнь. 14 сентября 1963 года 17-летний Бест дебютировал в чемпионате. Объединившись с Бобби Чарльтоном и Денисом Лоу, он составил бессмертную «святую троицу» возрожденного клуба.
Англия влюбилась в него после разгрома «Бернли» со счетом 5:1, где североирландец забил свой первый мяч. Континент пал к его ногам три года спустя, когда дубль североирландца сокрушил лиссабонскую «Бенфику». Апофеозом стал май 1968 года: «Манчестер Юнайтед» вырвал Кубок европейских чемпионов у той же «Бенфики» (4:1), а Пеле признал:
Джордж Бест — величайший футболист планеты.
За 11 лет на «Олд Траффорд» Джордж провел 474 матча и наколотил 181 гол. Всего за карьеру набралось 709 поединков и 253 забитых мяча. Два чемпионских титула Англии (1965, 1967), Кубок европейских чемпионов и Золотой мяч 1968 года. В 22 года он стоял на вершине мира. И именно с этого пика сорвался в пропасть.
Роковое наследство и вечный вопрос
Бест нес в себе тяжелую родовую травму. Его мать Энн, спортсменка-хоккеистка, не прикасалась к спиртному до 44 лет, но сошла с ума от травли таблоидов, охотившихся за ее сыном, и спилась насмерть в 54 года. Джордж пережил ее всего на пять лет. Чудовищная цена славы уничтожила семью изнутри.
А ведь когда пятнадцатилетний мальчик из семьи портового докера впервые уезжал на просмотр в Манчестер, он казался сущим ребенком — свои первые взрослые длинные брюки Джордж надел только перед посадкой на пароход.
Бест жил на таких скоростях, будто твердо намеревался прожить десяток жизней за отведенный срок. Настоящий, великий футбол в его судьбе оборвался в 27 лет. За ним тянулся бесконечный шлейф похождений: разбитые автомобили, вечеринки до рассвета, шесть голов в одном матче Кубка Англии и неловкие пробуждения в роскошных гостиницах.
Всю суть противоречивой жизни Джорджа Беста вобрал в себя один знаменитый эпизод:
Роскошный номер пятизвездочного отеля с казино на первом этаже. Ведерко с дорогим шампанским, ковер и постель, усыпанные выигранными пачками банкнот. У зеркала поправляет прическу действующая Мисс мира Мэри Ставин. Бест небрежно откупоривает бутылку Dom Pérignon и протягивает ошеломленному коридорному чаевые в пятьдесят фунтов.
Молодой парень смотрит на ослепительную женщину, на гору денег, затем переводит взгляд на уставшие, тускнеющие глаза суперзвезды и тихо произносит:
Мистер Бест… где же всё пошло не так?
